danuvius (danuvius) wrote,
danuvius
danuvius

Category:

Воспоминания о «Ленинке» (4)

Часть 2. Знакомство со структурой «Ленинки»
б) Фонды и отделы «Ленинки» (начало)
РГБ объединяет в себе множество фондов. Особую систему представляет Отдел рукописей, про него мы не будем говорить подробно. Помимо ценных древних собраний, в основной своей части попавших в уже существовавшую коллекцию Румянцевского музея после революции, там аккумулируются и личные фонды ученых (так, мой отец способствовал передаче в РГБ архива крупнейшего, хотя и малоизвестного из-за запрета на публикацию, русского искусствоведа Н. М. Тарабукина, и в каталоге до сих пор имеется указание, что отцу было предоставлено право публикации этих работ). В Химки перевели газетный фонд, диссертации и книги на редких языках (например, на восточноевропейских типа польского, венгерского и т. д., хотя сюда же отнесли и немецкий). Прежде чем ехать туда, надо было заказать по телефону нужные материалы, причем шифры необходимо было выяснить заранее только в ГЗ (в Химках книжного каталога не было). Полнота собрания газет первых лет советской власти в Химках оставляет желать лучшего. Помню, как мне понадобились довольно редкие газеты того времени, так я смог их найти только в ГАРФе, располагающем также уникальным собранием эмигрантской периодики (видимо, созданным благодаря грабежам после второй мировой войне) и собранием масонских рукописей и архивных материалов, тогда же вывезенных из Германии (к работе с этим последим архивом допускались избранные единицы, само существование его многие десятилетия держалось в строжайшей тайне).
В отдельном крыле ГЗ находится собрание древних книг (ОРК), к которым причислены и все дореволюционные издания кириллической печати (преимущественно старообрядческие). Работать там было крайне неудобно при необходимости получать помногу книг в день, поскольку действовало ограничение на 5 книг в день. Помню, мне пришлось ездить туда 2 месяца подряд каждый день только для того, чтобы проверить наличие некоторых паламитских материалов в богослужебных славянских книгах за несколько веков, это было сущей мукой.
В здании напротив, через дорогу, находится нотный отдел и всего связанного с музыкальными носителями.
Предметом повседневного спроса оставались, однако, книги в ГЗ. В самих книгохранилищах РГБ мне, сколько помню, не приходилось работать (я предпочитал для этого Историчку), а книги большого формата (которые мне очень редко бывали нужны) привозили на тележках. Фонды РГБ делятся на открытые и закрытые. Есть отдельный большой читальный зал свободного доступа с новой периодикой. Кроме того, в каждом читальном зале свои подсобные фонды с отдельными каталогами, книги оттуда берут сами читатели. На самом верху, если пройти по ряду коридоров, находился спецхран. Я уже не застал того времени, когда оттуда нельзя было выносить никаких записей — все писали в тетрадку, которая потом сдавалась в сейф (обычная система доступа работы с секретными материалами). Попасть в спецхран было довольно просто по отношению из издательства или другой организации. В отделе находилась религиозная литература, представлявшая «угрозу» для режима. Там были не только послереволюционные издания ИМКА-пресс, но и, например, книга Нилуса 1905 г. с первой публикацией «Протоколов сионских мудрецов» (говорят, что при первых годах советской власти тех, у кого находили эту книгу — а ее было не менее 5 изданий, каждый раз с добавлениями :) — по приказу Троцкого расстреливали; за достоверность этой информации не ручаюсь. Вроде бы, «Протоколы...» и сейчас вошли, вместе с "Майн Кампф" и др., в Index prohibitorum, то есть разжигающих религиозную рознь и «оскорбляющих религиозные чувства»). Спецхран создавался для того, чтобы можно было отслеживать чтение «нелегальной» литературы. При необходимости, если читатель был не слишком осведомлен о системе, можно было отследить по совокупности в «самиздате» ссылок на такого рода литературу (когда такие ссылки или цитаты имелись), путем сопоставления ее с сохранявшимися бланками заказов читателей, кто был анонимным автором того или иного произведения самиздата. (Я читал по крайней мере об одном таком случае.) В мое время спецхран уже терял свое особое положение, а потом и вовсе стал использоваться как зал литературы русской эмиграции. Что с ним происходит сегодня, не знаю.
Особый интерес представляет фонд немецких книг, вывезенных из Германии. Он, кажется, имеет свой каталог (не знаю, насколько полный), но я с этим каталогом никогда не работал. Система шифров там отличается от принятой в ГЗ. Узнал я об этом каталоге, когда мне потребовалось выписать по ММБА кое-какие немецкие издания. Оказалось, что ради экономии валюты сначала проверяют наличие немецких книг в трофейном фонде, а потом по просьбе читателей переводят в основной, присваивая новый шифр. Не знаю, почему не сделали до сих пор систематического сопоставления обоих каталогов для перевода уникальных книг в основной фонд. Ольга Титова считает, что наше правительство не хочет отдавать обратно Германии редкие книги (можно вспомнить, с какой настойчивостью евреи добивались возвращения им и перевоза в Америку фондов Шнеерсона, что после череды крупных скандалов, даже на мировом политическом уровне, кончилось созданием специальной б-ки в Москве). Но причина может быть и прозаичнее: не хватает специалистов для обработки такого массива книг, по большей части готическим шрифтом. (Последнее обстоятельство немаловажно: некоторые рядовые сотрудники РГБ плохо понимают, например, римскую систему чисел, так что для них специально надписывают карандашом в каталожных карточках и в самих книгах годы изданий арабскими цифрами.)
Помимо всего перечисленного (есть еще особый отдел картографии, куда мне не было нужды заходить, разве только единожды), РГБ располагает огромным массивом книг, в мое время сваленных в одной церкви (потом здание передали РПЦ; где сейчас хранятся эти книги, не знаю). Это были книги, захваченные при ликвидации после революции в разных семинариях, храмах и т.п. Когда я учился в МГУ, эти фонды частично стали передавать другим организациям. Так, б-ка гуманитарных факультетов в «стекляшке» получила старые книги на классических языках, и мы были призваны помочь составлять их опись. Потом книги были частично оставлены в б-ке, частично переданы кафедрам классической филологии и на истфак. Несколько книг я стащил при разборе на память и для приятного чтения; потом, после окончания кафедры, вернул основную часть, поскольку моя христианская совесть не позволяла оставить эти книги насовсем. Только несколько книжек я все-таки зажилил (ибо достать в то время книги на греческом и латыни были очень и очень трудно, только у букинистов или заказывать до развала СССР в магазине «Дружба» нового [оранжевого и синего] Тойбнера — что было в ГДР в наличии на складах издательства), они лежат сейчас передо мной. Это «Одиссея» оксфордского издания 1871 г. (штамп учебного отдела Политехнического музея), книги 42–45 Тита Ливия с обширными комментариями 1785 г., дорев. штамп «Библиотека служащих в министерстве ...» (каком — не разобрать; где бы сейчас такое министерство с такими служащими сыскать? :), и роман Лонга «Дафнис и Хлоя» на греч. с лат. переводом (увы, не параллельным) и обширными примечаниями, издания 1803 г., со штампом рижской гимназии. Эта последняя книга была, наверное, первой, что я прочел всю целиком (а не отрывками) на древнегреческом; пожалуй, именно она привила мне любовь к этому языку (или помогла, хоть и не до конца, побороть страх перед ним :), поскольку язык у Лонга какой-то полупоэтический, вполне соответствующий пасторальной картинке, и читать его нетрудно. (Помню, как Вадим Лурье рекомендовал своим знакомым начинать изучение франц. языка с какого-нибудь легкого и приятного чтения: я с ним полностью согласен и применил бы этот способ ко всем языкам вообще.) Вообще нужно сказать, что книги на кафедре классической филологии очень плохо хранились и в основной части были растащены, сохранились лишь те, что стояли в кабинете Азы Алибековны. Потом, после меня, ситуация, кажется, изменилась. А вот б-ка на истфаке сохранилась гораздо лучше.
В том же самом фонде «резервных книг» хранится и часть б-ки МДА. В результате грабежа советской власти в «Ленинке» скопилось по 5-6 экземпляров (а то и больше) одного и того же издания. Понятно, что книги в единственном экз. предпочтительно оставлять в РГБ для всеобщего пользования, а не возвращать в МДА. Но вторые—третьи—четвертые? Я многажды говорил об этом с зав. б-кой МДА, и вот наконец в 2013 г. дир-р РГБ отправил вл. Евгению письмо, что РГБ готова вернуть МДА часть фондов после соответствующей сверки с каталогом. (Насколько мне известно, процесс еще не пошел активно.) Возможно, что некоторые единичные книги таким образом всплывут из забвения и появятся в картотеке РГБ, а МДА получит обратно основную часть дорев. фондов.
Заканчивая краткий и далеко не полный разговор о фондах РГБ, упомяну о таком явлении, как «штабелирование» и «заставка». Когда РГБ не хватало помещений вследствие ремонта, часть фондов заштабелировали — и тем самым они стали для читателей временно (надолго) недоступными. «Заставить» книгу можно, поставив ее не по шифру куда-нибудь в другое место: найти ее становится практически невозможно, только случайно при глобальной проверке расстановки книг. Ну и, конечно, изъятие карточки из общего и служебного каталогов (и одновременно из старого предметного каталога) также приводит к «небытию» книги, даже если она стоит на своем месте.
Subscribe

  • Борьба с вирусами по методу А. Парибка

    +Без всяких претензий убедить напомню, что есть в высшей степени надежный, но тяжелый, метод избавления от ЛЮБЫХ вирусных инфекций. Это немедленное…

  • Алфеев: носите намордники!

    +Хорошо, что вы стоите в масках. Хорошо, что вы соблюдаете дистанцию друг от друга. Не надо этого стесняться. Не приветствуйте друг друга целованием…

  • Намордники навсегда до вакцинации?

    Возвращаясь к теме намордников. Оказывается, тот самый гендиректор ВОЗ требует, чтобы ношение масок стало повседневной реальностью, пока не будет…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments