danuvius (danuvius) wrote,
danuvius
danuvius

Category:

Был ли Томас Венцлова реальным диссидентом? (Штришок к биографии)

Смерть мамы послужила - и еще послужит - поводом для воспоминаний.
Поскольку Томас очень обеспокоен увековечиванием своей памяти в нужном ему свете (я еще вернусь к этой неисчерпаемой теме), не могу не коснуться одного эпизода из его биографии, бывшего еще до знакомства с моей мамой.
Как-то А. В. Муравьев упомянул в своем ЖЖ в 2013 пассаж из воспоминаний Томаса. Я написал коммент, в котором высказал сомнения, что действительно так было. После этого Томас написал мне лично, эту переписку я воспроизвожу ниже.
Теперь я вижу, что Муравьев удалил запись от 2013 г., заморозил свою начальную запись 2006 г. и потер комменты (видимо, по просьбе Томаса) - однако сама эта запись осталась в его ЖЖ от 2006-09-06:

+забавно.
Заходит как-то ко мне Владимир Сергеевич Муравьев, пасынок Григория Соломоновича Померанца. Он был очень яркой фигурой, очень талантливым и бескомпромиссным человеком. Нам было лет по двадцать. Говорит: "Надо выйти на Красную площадь, как некогда выходили декабристы на Сенатскую, и продержаться хотя бы полчаса, чтобы мир узнал - не все согласны с этим чертовым режимом. Оружие будет, человек пятьсот наберется. Конечно, нас через полчаса заберут, потащат на Лубянку, станут пытать, половина будет "колоться" - этого надо избежать. Поэтому перед выходом на площадь все принимают яд, который начинает действовать через полчаса". Я ответил: "Конечно! Что за разговор! Где оружие? Где яд?"
Молодец, Томик!+

(отсюда; судя по моему письму Томасу, +Ну так и Алеша это причисляет к "мифологии"+ - все "неугодное" потерто Амуром пост фактум).
Этот пассаж взят из следующих воспоминаний Томаса:

+Что касается одержимости свободой, то сценарий байопика просто не мог бы состояться без следующей сцены: «... в юности я был готов на многое, вплоть до безрассудства. Заходит как-то ко мне Владимир Сергеевич Муравьев [и далее по тексту]+ (отсюда)
Итак, после моих сомнений в ЖЖ Муравьева Томас написал мне несколько писем (13 августа 2013), вот цитаты:
+Dorogoj Aleksej,
 ja sluchajno natknulsja v internete na Vashu perepisku - vidimo, s synom Volodi Murav'eva - po povodu nashikh s Volodej davnix kontaktov ("oruzhie i jad").
Dolzhen skazat'. tam net vran'ja - dejstvitel'no, togda ja byl gotov na eto pojti, xotja eto ne sovsem v moem xaraktere, da i greshno, po vsej verojatnosti. <...>
Rech' byla o tom, chto Volodya (godu v 1960) sobiral 500 chelovek, kotorye vyshli by na Krasnuju ploshchad' s oruzhiem v rukax, prinjav prin etom jad, a ja byl gotov ego podderzhat'. Vy otneslis' k etomu ves'ma ironichno i skazali, chto eto "utka", t.e. moja vydumka. Tak vot, ne utka. Vprochem, bol'shogo znachenija vse eto ne imeet - detskie mechty. <...>
Reshili ne s perepuga, a ot neljubvi k sisteme. Oruzhie i jad tol'ko predpolagalos' dostat'.+

Я не вполне понимаю, почему именно тогда было решено провести этот демарш. Венгрия - 1956; Чехословакия - 1968. К чему тут 1960?
Совесть все же у Томаса была неспокойна, что он не вышел в 1960, а в 1968 - кто-то вышел на Красную площадь. Из воспоминаний Д. Митайте:
+Как тогда было принято, рукопись Венцловы отдали на внутреннюю рецензию. Поэт Альгимантас Балтакис написал положительный отзыв. Но главный редактор издательства Казис Амбрасас внимательно просмотрел сборник и в духе советского времени выкинул четыре стихотворения: «И цвет пыли, и олова» (он ошибочно решил, что это стихи о депортациях), «В городках неприметных с друзьями прощаться пора», «Гетто» (он верно понял, что эти стихи были не только о судьбе евреев) и «Стихи о друзьях»[123], посвященные Н. Г. (Наталье Горбаневской, одной из семерых, вышедших в 1968 году на Красную площадь в знак протеста против вторжения советских танков в Чехословакию). В этом стихотворении поэт, а может, и сама природа одобряет тех, кто решился на этот подвиг: «И самый первый лист на мостовой / Гранен, как герб на рыцарских доспехах»[124]. Как мы видим, Амбрасас прекрасно понимал, что поэзия Венцловы отнюдь не оторвана от действительности, хотя позже ее обвиняли именно в этом: гражданская позиция Томаса не совпадала с официальной.+ (отсюда)
Лишнее подтверждение беспокойства Томаса - фраза из его письма от 19.12.2013:
+PS. Pravil'no li ja pomnju, chto Vasha mama uchilas' (kazhetsja, dazhe v odnom klasse) s pokojnoj Natal'ej Gorbanevskoj?+


Вот и весь "диссидент" Томас (как его презентуют нынче в инете) - глупые, ничем не обоснованные мечты (ему было тогда 23 года) выйти с оружием на Красную площадь, тогда как реальные диссиденты выходили на демонстрацию и платились за это.
Томас ненавидел режим? Так его папенька (ничего личного - Антанаса очень уважали мои предки) был "приблатненным" того самого режима в Литве. Томик получал на руки каждый день на свои личные расходы (на рестораны и проч.) рубликов так от 15 до 25 (? сумма меня тогда шокировала - уже после деноминации 1961 г., по воспоминаниям мамы; если я вдруг ошибаюсь - то уж никак не меньше пятерки, пусть Томас поправит). И жил при "режиме" очень даже неплохо.
И если уж "Томик" был в 1960 заправским "диссидентом" - то почему же он состоял в ВЛКСМ и исправно платил взносы? Разбирая архив мамы, я наткнулся на его комсомольскую книжку (скан когда-нибудь сделаю для истории). Вступил в ВЛКСМ в сентябре 1951. Платил взносы по август 1961 года!
Такие вот у нас "диссиденты"...
Tags: Томас Венцлова, псевдодиссиденты СССР
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments